Русская Православная Церковь

Официальный сайт Московского Патриархата

Русская версияУкраинская версияМолдавская версия
Патриархия

Юрисконсульт Московской Патриархии Ксения Чернега: Для духовных школ нужен собственный государственный образовательный стандарт

Юрисконсульт Московской Патриархии Ксения Чернега: Для духовных школ нужен собственный государственный образовательный стандарт
Версия для печати
12 февраля 2008 г. 19:45

8 февраля Госдума приняла в третьем чтении законопроект, направленный на расширение правовых возможностей для интеграции учреждений профессионального религиозного образования в систему образования РФ. Соответствующие изменения внесены в законы «Об образовании» и «О свободе совести и о религиозных объединениях» в части лицензирования и аккредитации духовных образовательных учреждений. О том, как принятые поправки повлияют на деятельность духовных школ, в беседе с заместителем руководителя Пресс-службы Московской Патриархии Михаилом Моисеевым рассказала юрисконсульт Московской Патриархии К.А. Чернега.

— 8 февраля Государственная Дума приняла постановление о государственной аккредитации дипломов церковных учебных заведений. Каково значение принятого постановления?

— Действующее законодательство до внесения в него февральских поправок не предусматривало права духовных академий и семинарий на государственную аккредитацию, и, соответственно, выпускники этих учебных заведений не получали дипломы государственного образца. В этой связи возникал целый ряд проблем, и первая проблема, которая наиболее важна и очевидна — это проблема с трудоустройством тех выпускников духовных учебных заведений, которые либо по каким-то причинам не стали священниками, либо, став священниками, изъявили желание поступить в качестве преподавателей в государственные школы или вузы для преподавания, скажем, православной культуры или теологии. Таких выпускников, как правило, не брали в государственные учреждения в связи с тем, что у них нет государственного диплома.

Та же самая проблема возникала и для выпускниц регентского отделения, скажем, Московской духовной академии. Такая выпускница, имея прекрасное музыкальное образование, не могла устроиться музыкальным работником в ту же государственную школу.

В целом же лица, окончившие духовные академии и семинарии, имеющие степени, скажем, доктора или кандидата богословия, рассматривались нашим государством как выпускники средних школ, как люди, имеющие среднее образование.

— То есть даже не среднее специальное?

— Даже не среднее специальное, поскольку на руках у них был только один документ государственного образца — аттестат об окончании средней общеобразовательной школы. Сейчас ситуация должна измениться — в случае аккредитации духовных академий и семинарий выпускники будут получать дипломы государственного образца, и, тем самым, изложенные мной проблемы будут решены.

Второй важный момент, на котором бы я хотела остановиться, это вопрос о предоставлении учащимся духовных школ отсрочки от призыва на военную службу. Дело в том, что еще два года назад в законодательство были внесены изменения, направленные на отмену отсрочки призыва для учащихся духовных школ. В результате наши студенты стали призываться в армию. Приведу такой пример. Из 75 учащихся Казанской духовной семинарии в результате призыва осталось всего лишь двенадцать студентов. Так вот, действующее законодательство предусматривает отсрочку от призыва учащихся очных отделений аккредитованных вузов. То есть в случае получения аккредитации духовными учебными заведениями их учащиеся не будут призываться в армию, а получат право на отсрочку. Это очень важно для нас, особенно это важно для тех духовных семинарий, которые расположены  в отдаленных регионах, малочисленны, и для них, конечно, последствия призыва учащихся катастрофичны.

— Вы упомянули о дипломах семинарий и академий. Теперь в разряд аккредитованных, признаваемых государством, документов об окончании учебного заведения входят — на равной основе — и семинарские, и академические дипломы?

— Да, и духовная семинария, и духовная академия рассматриваются как высшие учебные заведения, и выпускникам и семинарий, и академий будут выдаваться документы государственного образца. Другое дело, что эти документы не будут скреплены печатью с изображением государственного герба — это принципиальное требование разработчиков законопроекта. Дело в том, что закон о государственном гербе предусматривает возможность использования печати с изображением герба только теми негосударственными организациями, которые наделены государственно-властными полномочиями. Наши духовные учебные заведения зарегистрированы как религиозные организации, а статья 4 Закона о свободе совести не позволяет религиозным организациям осуществлять государственно-властные полномочия.

Поэтому мы не можем пользоваться печатью с изображением государственного герба, и дипломы внешне будут отличаться от тех дипломов, которые получают выпускники государственных вузов и негосударственных аккредитованных светских высших учебных заведений.

— Будет ли означать принятие этого закона внесение каких-то изменений в существующие учебные программы духовных школ?

— Здесь есть один аспект, который мне бы хотелось сейчас затронуть. Аккредитация духовных учебных заведений предполагает их переход на государственный образовательный стандарт, и, конечно же, программы должны меняться, должны приводиться в соответствие с требованиями государственного образовательного стандарта, который мы изберем. На мой взгляд, действующий стандарт по специальности «Теология» не предназначен для реализации в духовных учебных заведениях. Во-первых, в соответствующем приказе, которым утвержден этот стандарт, сказано, что стандарт по теологии не преследует цели подготовки священнослужителей. А наши духовные школы — это кузница кадров, они предназначены для подготовки священников, религиозного персонала; об этом, кстати, и в Законе о свободе совести сказано, в статье 19.

Кроме того, стандарт по теологии декларирует, что во время учебных занятий не могут совершаться религиозные обряды. Я сама преподаю в Московской духовной академии, и каждое занятие начинается и оканчивается молитвой, поэтому этот требование стандарта тоже не может быть выполнено.

Наконец, самое главное — стандарт по теологии отдает наибольший объем учебных часов на изучение таких предметов, которые практически не имеют отношеняи к богословию — на математику, информатику, физкультуру, и получается, что на изучение дисциплин конфессиональной подготовки выделена примерно одна треть всех учебных часов, предусмотренных стандартом. Это тоже нас не устраивает, поэтому в минувшем году Священный Синод принял церковный стандарт, предназначенный для реализации в духовных учебных заведениях, и мы надеемся, что наши пожелания и наработки будут использованы при разработке специального, предназначенного для реализации в духовных школах, государственного образовательного стандарта. Возможно, будет учтен действующий стандарт по теологии в какой-то части, но я считаю, что для духовных школ нужен свой образовательный стандарт.

— Вы сказали, что дипломы духовных учебных заведений внешне будут отличаться от государственных. В чем вообще будут состоять особенности аккредитации церковных учебных заведений, их отличия от аккредитации государственных вузов?

— Главная особенность заключается в том, что в ходе государственной аккредитации духовных школ государство не будет устанавливать их тип, вид и категорию. При государственной аккредитации обычного светского вуза устанавливается, является ли данный вуз академией, университетом или институтом. При этом вуз должен удовлетворять определенным требованиям, которые предусмотрены специальным приказом Рособрнадзора, и лишь при соблюдении этих требований, так называемых аккредитационных показателей, вуз может быть аккредитован в качестве института или академии. Принятый закон освобождает духовные учебные заведения от соблюдения этих, установленных приказом Рособрнадзора, требований.

Поясню на примере. Упомянутый мною приказ устанавливает, что для аккредитации вуза в качестве академии нужно, чтобы 60 % преподавателей были докторами или кандидатами наук, причем их ученые степени и звания должны быть подтверждены государственными дипломами. Для аккредитации вуза в качестве института нужно, чтобы 55 % профессорско-преподавательского состава удовлетворяло этому требованию. Но у нас в духовных учебных заведениях преподаватели, как правило, не имеют ученых степеней и званий, подтвержденных государственными дипломами — например, являются докторами или кандидатами богословия, но их степени подтверждены внутрицерковными дипломами. Поэтому, если бы мы согласились на аккредитацию наших учебных заведений в общем порядке, который установлен для всех светских вузов, нам бы пришлось менять кадровый состав. А с заменой преподавателей, вышедших из недр духовных учебных заведений, дипломированными, но не воцерковленными специалистами, хоть и имеющими государственную «корочку», традиции духовного образования были бы утрачены.

Между тем еще в 2004 году на Архиерейском соборе была отмечена необходимость получения государственной аккредитации при сохранениии многовековых традиций церковного образования, носителями которых в первую очередь являются люди, преподающие в духовных учебных заведениях.

Вот почему мы рады тому, что новый закон предусматривает для духовных учебных заведений особый порядок государственной аккредитации. В результате, скажем, Московская духовная академия, сохранив свое историческое название академии, не будет вынуждена подгонять свой учебный процесс под те требования, которые установлены государством для вузов, аккредитованных в качестве академий. Вот в чем основная специфика этого закона.

Пресс-служба Московской Патриархии

Материалы по теме

ФСБ России передала Санкт-Петербургской духовной академии конфискованные иконы

Учебный комитет провел курсы повышения квалификации преподавателей истории Русской Православной Церкви

В Санкт-Петербургской духовной академии открылась фотовыставка «Святейший Патриарх Кирилл: служение на Смоленской земле»

Ректор Санкт-Петербургской духовной академии выступил на юбилейном собрании Императорского Русского военно-исторического общества

Председатель ОВЦС встретился с депутатом Государственной Думы России Анатолием Карповым

Предстоятель Русской Православной Церкви возглавил пленарное заседание XXI Всемирного русского народного собора

Руководитель Юридической службы Московского Патриархата выступила на заседании Комитета Госдумы по развитию гражданского общества

Предстоятель Русской Церкви провел заседание Бюро президиума Всемирного русского народного собора

Все материалы с ключевыми словами

 

Другие документы

Об общественном контроле за сохранением, использованием, содержанием и популяризацией объектов культурного наследия

О проекте федерального закона, вносящего изменения в порядок осуществления надзора в области охраны объектов культурного наследия

Предоставление приходами сведений об обработке персональных данных. Комментарий Юридической службы Московской Патриархии

Комментарий руководителя Юридической службы Московской Патриархии в связи со вступлением в силу с 1 марта 2015 года новой редакции Земельного кодекса РФ

Комментарий по вопросу выделения бюджетных ассигнований на строительство духовно-просветительских центров в регионах

Закон об уголовной ответственности за оскорбление религиозных чувств верующих. Комментарий Юридической службы Московской Патриархии

Поправки в Законе о свободе совести в части заключения трудовых договоров. Комментарий руководителя Юридической службы Московской Патриархии инокини Ксении (Чернеги)

Публичные религиозные обряды: определение и порядок проведения. Комментарий инокини Ксении (Чернеги)

Комментарий инокини Ксении (Чернеги) относительно содержания нового закона «Об образовании в Российской Федерации»

Комментарий руководителя Юридической службы Московской Патриархии инокини Ксении (Чернеги) в связи с принятием приказа Минэкономразвития России об утверждении Примерной формы решения о передаче религиозной организации объекта культурного наследия