Русская Православная Церковь

Официальный сайт Московского Патриархата

Русская версияУкраинская версияМолдавская версия
Патриархия

Выступление митрополита Калужского Климента на конференции «Русский Афон как фактор духовного просвещения России»

Выступление митрополита Калужского Климента на конференции «Русский Афон как фактор духовного просвещения России»
Версия для печати
30 января 2012 г. 17:05

Председатель Издательского Совета Русской Православной Церкви митрополит Калужский и Боровский Климент выступил на международной конференции «Русский Афон как фактор духовного просвещения России: к 1000-летию русского присутствия на Афоне (1016-2016 гг.)» в рамках ХХ Международных Рождественских чтений.

Дорогие участники конференции!

Сердечно приветствую всех вас, собравшихся сегодня в этом зале Храма Христа Спасителя, чтобы обсудить тему духовных и культурных связей России и Афона. В 2016 году исполняется 1000 лет с того времени, как у русского народа установились отношения с афонским монашеством.

Взаимные связи развивались в рамках самых различных направлений. С одной стороны, это православная догматика и другие области богословия, аскетическое учение Церкви и его практическое воплощение в духовной жизни монашествующих и мирян. Это церковная книжность и, прежде всего, уникальные памятники древней славянской письменности, созданные и хранящиеся на Афоне, а также и греческие богослужебные памятники, оказавшие существенное влияние на русскую книжную справу. С другой — церковное искусство: архитектура, иконопись, фреска, пластика, декоративно-прикладное искусство, церковное пение.

При всем многообразии этих духовных и культурных связей в центре отношений России и Святой Горы во все времена находились многовековые аскетические традиции, получавшие свое воплощение в жизни многих святых подвижников. Действительно, многие традиции монашеского делания были принесены на нашу землю именно с Афона.

Как известно, основатель Киево-Печерской обители преподобный Антоний отправился на Святую Гору еще при жизни просветителя Руси равноапостольного князя Владимира. Здесь он принял постриг в монастыре Эсфигмен. Впоследствии игумен этой святой обители получил от Бога откровение, что преподобный Антоний соберет на Руси великий сонм монашествующих. В 1027 году преподобный вернулся в Киев, чтобы новокрещеные народы Киевской Руси могли приобщиться к монашескому деланию. Он поселился на Киевских горах, в пещере, где в скором времени стали собираться ученики и выросла великая обитель. В своих установлениях, касающихся духовной жизни братии, он руководствовался наставлениями и опытом афонских подвижников. Неслучайно древний автор Киево-Печерского патерика отмечает, что этот монастырь был поставлен молитвами, слезами, постом и бдением святых. Преподобный «не имел золота, но своими слезами возрастил обитель, несравнимую с другими». Святитель Димитрий Ростовский, сравнивая преподобного Антония Печерского с пророком Моисеем, говорит: «Израильтяне не могли смотреть на лице Моисея по причине исходящего от него великого сияния, с тех пор как он принес им закон с горы Синая; так не могли видеть и преподобного отца нашего Антония, жившего в пещере, после того как он принес Земле Русской закон с горы Афона».

В то же время на Святую Гору прибывало все больше монахов из Руси. Уже в начале XI века русские имели на Афоне свой монастырь Ксилургу с храмом в честь Успения Божией Матери. Но все равно, в тот период времени значительное число русских монахов были насельниками греческих обителей, а также славянских, в первую очередь, сербского монастыря Хиландар. В 1169 году русские монахи поселились в «монастыре Фессалоникийца», который получил название «Русика».

Однако уже во второй половине XIV века связи Афона с Россией пришли в упадок, причиной которого являлись татаро-монгольское иго и не прекращавшиеся междоусобицы русских князей.

В этой обстановке на исторической сцене появилась фигура митрополита Киприана. Будущий московский святитель, родом болгарин, удалился на Святую Гору, чтобы пройти высшую школу подвижничества. Прибыв на Афон во время расцвета славяно-сербской письменности, он ознакомился со многими произведениями богословского и аскетического содержания и много трудился над переводами. Здесь он обогатил свой ум и сердце теми сведениями, которые впоследствии помогли ему в деле архипастырского служения на Руси.

Оказавшись на митрополичьей кафедре в Москве, Киприан стал одним из главных ревнителей укрепления общеправославных церковных традиций. Будучи выдающимся знатоком православного богослужения, он начал активную деятельность по исправлению и приведению к единству богослужебной практики в Русской Церкви. Митрополит Киприан собственноручно переписал такие богослужебные и вероучительные книги, как Псалтирь, Служебник, Требник, «Лествица» преподобного Иоанна Синайского, сочинения священномученика Дионисия Ареопагита; принес в Россию толкование на Евангелие св. Феофилакта Болгарского; утвердил почитание святителя Григория Паламы во вторую Неделю Великого поста.

Пребывание митрополита Киприана на Московской кафедре неразрывно связано с так называемым «вторым южнославянским влиянием», которое, в сущности, было влиянием афонским. Так, его духовной основой стало исихастское движение, получившее богословское объяснение в трудах святителя Григория Паламы, архиепископа Фессалоникийского. Влияние исихазма на русскую святость трудно переоценить. Действительно, на Руси уже в конце XIV века образовалась целая школа подвижничества, ставившая во главу угла умное делание и созерцательный подвиг. Высшей целью подвижнической жизни ее представители считали спасение души через достижение Богообщения и соединения человека с Богом. Наиболее яркими последователями этой духовной традиции были великие святые, без которых невозможно сегодня представить себе Русь и Россию — преподобный Сергий Радонежский и его ученики. Примечательно, что существовала глубокая духовная связь между представителем афонской исихастской традиции — святителем Киприаном и представителем русского исихазма — Сергием Радонежским. Как известно, они состояли в переписке и между ними была духовная связь.

На Афоне русских монахов интересовали прежде всего монастырские уставы и практика умной молитвы. И уже в XV веке афонское молитвенное правило было распространено в русских монастырях. Более того, благодаря активному афонскому влиянию в духовной жизни русских обителей возникла новая для Руси форма организации монастыря — скит. Первым русским скитом, близким по своему устройству к афонским, стала Нилова Сорская пустынь. Не только скитские, но и многие общежительные монастыри постоянно, как и афонские скиты, «держали» Иисусову молитву.

Преподобный Нил Сорский подвизался на Афоне в XV веке в течение десяти лет. Его долговременное ученичество на Афоне способствовало познанию сокровенных глубин монашеского жития. В Россию преподобный вернулся после внимательного изучения афонского подвижничества приверженцем священнобезмолвия и основал на берегу реки Соры скит.

Самое драгоценное, что нам осталось от преподобного Нила, — это его скитский Устав, где святой старец учит, как бороться с помыслами, советуя для этого молитву Иисусову, занятие рукоделием, изучение Священного Писания, охранение себя от внешних соблазнов. Преподобный учит тому, как отступить от мира и не уклониться от истинного пути, почему недостаточно одного внешнего делания без внутреннего.

Другой известный афонский подвижник — преподобный Максим Грек. Родившись в Греции, он стал выдающимся русским богословом, филологом и переводчиком, одной из наиболее значимых фигур в духовной жизни Руси XVI века. Преподобный Максим принял постриг в Ватопедской обители, где в течение десяти лет проводил подвижническую жизнь. По просьбе прота Святой Горы Симеона он отправился в Россию для перевода с греческого Толковой Псалтири. Сперва он долго отказывался от этого поручения, предвидя те гонения, которые ему предстояло перенести, но затем согласился, чтобы, по выражению прота Святой Горы отца Симеона, «доставить духовную пищу алчущим».

Дело в том, что в начале XVI века на Руси еще достаточно сильны были последователи еретика Схарии (основатель ереси жидовствующих). Еретики, используя апокрифическую Псалтирь, пытались внести свои еретические элементы в русское богословие. Перевод Толковой Псалтири позволил иметь под рукой толкование настоящей Псалтири и более аргументировано полемизировать с еретиками, опровергая апокрифические тексты. Кроме того, великий князь Московский Василий III поручил преподобному Максиму «книжную справу» — пересмотр и исправление богослужебных книг по греческим образцам. В результате преподобный исправил Триодь Цветную, Часослов, Праздничную Минею, Евангелие и Апостол, а также перевел ряд святоотеческих толкований на книги Священного Писания. Перу преподобного Максима Грека принадлежат более трехсот самостоятельных сочинений, которые носят апологетический и духовно-просветительский характер. Весьма значительная их часть посвящена борьбе с ересями.

Преподобный был горячим борцом за Православие и обличителем неправославных взглядов. В 1524 году он был оклеветан и обвинен в ереси в связи с некоторыми филологическими неправильностями своих переводов и более четверти века провел в темнице.

Учение преподобного Максима, принесенное им со Святой Горы, оказало большое влияние на святителя Макария, митрополита Московского. В составленные им Великие Четьи-Минеи включены и труды преподобного Максима Грека. Некоторые мысли преподобного легли также в основу Постановлений московского Стоглавого Собора.

Таким образом, как свидетельствует церковная история, русское подвижничество в XVI и затем в XVII веках во многом ориентировалось на афонские образцы. Святая Гора занимала особое место и в жизни всей нашей Церкви. Трудно переоценить воздействие афонского подвижничества на русскую святость и в эпоху, наступившую после петровских реформ — в конце XVIII-XIX веках.

Конец XVIII и в особенности начало XIX века на Святой Горе было временем возрождения русского монашества. К первой трети этого столетия относится постройка и заселение новой русской обители — Свято-Пантелеимонова монастыря, который вскоре стал одним из крупнейших и значимых монашеских центров на Афоне.

Одним из первых подвижников этого времени, благодаря молитвам и трудам которого в России стала постепенно возобновляться традиция умного делания, был преподобный Паисий Величковский, основатель Ильинского скита на Святой Горе. Он пришел на Афон из Киева в 1747 году. Преподобный обошел многие афонские обители, но затем поселился один в пустынном месте, пробыв в таком подвиге сорок месяцев. Здесь он обрел источник спасительного наставления — писания отцов-подвижников, запечатлевшие опыт Богообщения.

Свою последующую жизнь старец Паисий посвятил собиранию этих произведений и их переводу на церковнославянский язык, проложив путь к созданию знаменитого сборника святоотеческой аскетики, получившего название «Добротолюбие». Глубоко проникая в аскетическое учение древних отцов, он смог воплотить его и в своей жизни.

Афонское жительство преподобного Паисия длилось семнадцать лет, получив на Святой Горе всеобщее признание. Так, греческий монастырь Симонопетра, при недостатке насельников, пригласил преподобного Паисия Величковского с братией в количестве тридцати пяти человек. Его изображение до сих пор можно видеть в трапезной этой святой обители. А в Омологии 1798 года монастырь Пантократор определил основанному преподобным Паисием Ильинскому скиту «большие права и льготы» в знак признательности к «блаженнейшему общеначальнику, всепочтеннейшему Отцу и Старцу господину Паисию». Однако вскоре преподобный был вынужден покинуть Святую Гору по причине гонений от иноверцев. Он удалился в Молдавию, в Драгомирский монастырь, где написал и ввел иноческий устав по чину святого Василия Великого, преподобного Феодосия Великого, преподобного Феодора Студита и Афонской горы. Основные идеи этого устава — нестяжательность, отсечение воли и послушание, умная молитва и непрестанное поучение в отеческих писаниях. На протяжении всех своих старческих подвигов в молдавских монастырях старец Паисий неустанно продолжал традиции афонских отцов.

Организованный преподобным Паисием Величковким перевод греческих рукописей стал основополагающим для большинства российских монастырей. Более чем в ста обителях Русской Церкви подвизались его ученики, сея добрые семена его учения. Валаамский монастырь, известные пустыни — Софрониевская, Глинская, а в особенности Оптина — были продолжателями трудов преподобного Паисия. Оптинские старцы: преподобные Моисей, Леонид, Макарий и Амвросий — стали последователями того дела, которому так усердно послужил преподобный Паисий.

Великим святым и учителем Русской Церкви, тесно связанным со Святой Горой, хотя и никогда не жившим на Афоне, был святитель Феофан, Затворник Вышенский, переводчик Русского Добротолюбия, а также ряда аскетических творений писателей-святогорцев. Эта духовная связь со Святой Горой установилась еще во время его пребывания в составе Русской Духовной Миссии в Иерусалиме в 1848–1854 годах. Здесь, занимаясь переводами аскетических трудов, он постоянно обращался не только к палестинским, но и к афонским источникам, копии которых высылались ему со Святой Горы. Более того — как свидетельствует его переписка этого времени, он желал после окончания служения в Миссии удалиться на Афон для подвижнической жизни. Не будет преувеличением сказать, что аскетическое учение святогорцев способствовало его формированию как богослова и духовного писателя. Одним из главных отличий от других русских духовных писателей XIX века — последователей афонской традиции было то, что он излагал аскетику на языке, доступном не только монашествующим, но и мирянам, стремящимся к подвижничеству. Удалившись в затвор в Свято-Успенском Вышенском монастыре, он вел жизнь, подобную жизни афонских затворников. В течение этого тридцатилетнего подвига он не прервал духовную связь со Святой Горой, передавая в Русский Свято-Пантелеимонов монастырь свои творения. Он настолько доверял старцам Пантелеимонова монастыря, что отдавал им на редактирование целые сборники проповедей и аскетических произведений и даже переведенное им Русское Добротолюбие. После своей смерти в 1894 году святитель завещал практически все свои рукописи этой святой обители, где они бережно сохраняются и сегодня — благодаря заботам и стараниям братии монастыря.

Говоря о Русском Афоне, нельзя не сказать об одном из величайших святых XX века — преподобном Силуане Афонском. Молитвенник за весь мир, ярчайший светильник Святой Горы минувшего столетия, преподобный схимонах Силуан родился в России, в семье благочестивого крестьянина Ивана Антонова. С малолетства его душа устремлялась к Богу. Совсем молодым он удалился на Святую Гору, где всецело посвятил себя молитвенному деланию. Искренняя любовь ко Христу Спасителю и горячая ревность о Господе, долгие годы духовной борьбы, молитвы внутреннего возрастания к Богу сделали из него великого подвижника. За смирение и нелицемерное отвержение себя он сподобился от Бога благодати, которая преумножила в нем эти дары. «Знай порядок духовной жизни, — учил преподобный, — дары даются простой, смиренной послушливой душе. Кто послушлив и во всем воздержан: в пище, в слове, в движениях, — тому Сам Господь подает молитву».

Преподобный Силуан Афонский стал одним из духовных предстателей за Россию, которая в то нелегкое время переживала эпоху страшных гонений на Церковь Христову.

Таким образом, мы видим, что на протяжении всей своей истории Россия и Афон были связаны тесной, неразрывной духовной связью. В наши дни Святая Гора вновь стала местом, куда устремляются взоры сотен тысяч верующих православных христиан нашей страны. Афон снова наполняется русскими паломниками, которые в наше нелегкое время много способствуют новому возрождению афонских обителей.

Международная конференция, приуроченная к 1000-летию русского присутствия на Святой Горе, которую мы проводим сегодня, безусловно, соберет лучшие силы науки не только России, но и мира, занимающиеся изучением русского монашества на Афоне.

Мне особенно радостно приветствовать здесь греческих ученых — ректора Высшей церковной академии города Фессалоники профессора Христофора Контакиса и представителей государственного университета города Фессалоники. Вклад греческой науки в изучение русского подвижничества на Афоне всегда был очень весом, и сегодня мы надеемся объединить наши усилия в исследованиях, посвященных этой теме.

Конференция «Русский Афон» призвана стать ярким примером соработничества Церкви и государства в лице академической науки на ниве духовного возрождения на Святой Горе.

Желаю всем участникам и гостям конференции успешной и плодотворной работы, неизменной помощи Божией во всех богоугодных делах и начинаниях!

Издательский Совет/Патриархия.ru

Все материалы с ключевыми словами

 

Другие статьи

Выступление митрополита Волоколамского Илариона на Международной научно-практической конференции «Религия против терроризма»

История и значение Синодального перевода Библии

Выступление митрополита Волоколамского Илариона на V Бакинском международном гуманитарном форуме

Выступление митрополита Волоколамского Илариона на межхристианских собеседованиях между представителями Русской Православной Церкви, Сербской Православной Церкви и Римско-Католической Церкви в Словении

Митрополит Калужский и Боровский Климент: Главная задача — познакомить как можно больше современных читателей с жизнью и духовным наследием святителя Феофана

Выступление митрополита Волоколамского Илариона на конференции «Всеправославный Собор: мнения и ожидания»

«Преподобный Иоанн Кассиан и монашеская традиция христианского Востока и Запада». Доклад митрополита Волоколамского Илариона на III Международной патристической конференци

«Значение принятия христианства Русью». Доклад митрополита Волоколамского Илариона на пленарном заседании международной научно-практической конференции «Князь Владимир. Цивилизационный выбор»

Доклад митрополита Волоколамского Илариона на симпозиуме «Обновление христианского духа в современном обществе»

Доклад митрополита Волоколамского Илариона на научно-практической конференции «Вера и знание: православный взгляд на проблему науки и техники в XXI веке»