Русская Православная Церковь

Официальный сайт Московского Патриархата

Русская версияУкраинская версияМолдавская версияГреческая версияАнглийская версия
Патриархия

Психиатр Василий Каледа: Мы — врачи и священники — делаем общее дело

Психиатр Василий Каледа: Мы — врачи и священники — делаем общее дело
Версия для печати
13 июля 2022 г. 13:40

Профессор Василий Каледа, председатель секции Российского общества психиатров по клинической психиатрии, религиозности и духовности, заместитель директора ФГБНУ «Научный центр психического здоровья», ответил на вопросы «Благовест-инфо» о том, насколько необходимо взаимодействие Церкви и психиатрической науки в заботе о душевном здоровье людей, о проблемах взаимопонимания и развивающемся сотрудничестве.

— В последние годы заметно больше стали обсуждаться вопросы взаимодействия, взаимного влияния религии и психологии, а также проблемы пастырской психиатрии. Недавно в рамках Международных образовательных чтений состоялась уже третья конференция под общим названием «Попечение Церкви о душевнобольных». Сегодня без труда можно найти пособия по пастырской психиатрии. Отрадно, что этой проблематике уделяется столько внимания. Об этом и хочется поговорить с Вами — ученым-психиатром, выходцем из семьи священника. Кому как не Вам работать на поле этого взаимодействия! Расскажите сначала, как определилось такое направление вашей деятельности?

— Мой приход в психиатрию связан с личностью профессора Дмитрия Евгеньевича Мелехова — это один из патриархов психиатрии ХХ века. Он был другом моего деда, священномученика Владимира Амбарцумова и другом всей моей семьи. Когда он умер, мне было 15 лет, но я его достаточно хорошо помню: он приезжал к нам, а я дважды с родителями был у него дома. Всегда эти встречи были яркими, потому что он был очень яркий, вдохновляющий человек.

Когда я поступил в мединститут, у меня не было вопроса, кем я буду. Я знал, что стану психиатром, как Дмитрий Евгеньевич. На первых курсах успевал сходить в кружок по кардиологии, реаниматологии, но когда возник курс психиатрии, для меня и моих одногруппников стало ясно, что это будет моей специальностью. И ни разу я не пожалел об этом.

Последние годы профессор Мелехов работал над книгой «Психиатрия и вопросы духовной жизни», но не успел ее завершить. Эта книга была издана после его смерти, ее подготовил к печати в самиздате мой папа — священник Глеб Каледа. Он написал предисловие, в котором с сожалением отмечал, что работа не завершена, но высказал надежду, что когда-нибудь этот труд будет закончен.

Важные положения этой книги, без указания авторства, вошли в 8-й том «Настольной книги священнослужителя», которая вышла в конце 1970-х гг. Д.Е. Мелехов сформулировал основную концепцию курса, который основан на трихотомическом понимании человеческой личности: дух, душа и тело. Три сферы неразрывно связаны между собой, но можно говорить, что духовные болезни — это сфера компетенции священника, душевные — врача-психиатра, телесные — врачей других специальностей. Но поскольку все эти сферы тесно связаны, то и болезни проявляются на различных уровнях. Поэтому необходимо тесное сотрудничество священников и врачей.

Я счел своим долгом продолжить дело Дмитрия Евгеньевича и написать работу по пастырской психиатрии.

— И это получилось: полтора года назад вышла в свет ваша книга «Основы пастырской психиатрии», ставшая уже очень популярной не только среди священников, но и многих людей, интересующихся проблемами, которых Вы касаетесь. Эта книга стала одним из лауреатов конкурса «Просвещение через книгу», получила множество положительных отзывов, она используется в учебных курсах многих духовных школ: Московской духовной академии, Сретенской, Воронежской, Белгородской и других семинарий.

— Эта книга получилась не вдруг, очень долго шел процесс накопления опыта: врачебного, научного, сотрудничества со священниками Русской Православной Церкви. В 2003 году ректор Православного Свято-Тихоновского гуманитарного университета о. Владимир Воробьев пригласил меня читать курс пастырской психиатрии. Вот уже почти 20 лет я преподаю, в рамках этого курса студенты написали ряд курсовых работ, в которых рассмотрены отдельные вопросы пастырского душепопечения, и этот опыт тоже аккумулирован в книге, которая стала основным пособием для всех студентов, которые готовятся стать священниками. В этом пособии раскрывается мысль о том, что священник должен быть не только духовником, но и немного психиатром — в том смысле, что ему необходимо освоить хотя бы азы психиатрии, чтобы понимать состояние людей, которые к нему приходят.

— В России, по понятным причинам, пастырской психиатрии стали уделять внимание довольно поздно. Но наверняка в других странах дела обстояли иначе. Какие труды Вы использовали? К какому опыту обращались в Вашей работе? Есть ли аналогичные труды у католических, протестантских пастырей, у православных специалистов за рубежом?

— Первое подобное руководство «Введение в религиозную психопатологию» издал Курт Шнайдер в 1928 г., оно было адресовано католическим и лютеранским пастырям. В этой книге описаны те состояния, с которыми сталкивается священник в своей практике; автор не вдавался в богословские рассуждения.

В 1945 году вышла книга Поля Лашапеля и Люсьена Демаре «Психиатрия для священников».

В 2013 Американская психиатрическая ассоциация издала небольшое руководство «Психиатрическое здоровье для религиозных лидеров». Когда я общался с католическими священниками из Италии, Испании, всегда спрашивал: есть ли у них курсы пастырской психиатрии? Они отвечали, что при подготовке священников затрагиваются отдельные вопросы в курсе пастырской психологии, но цельного курса по пастырской психиатрии у них нет. Выходит, мы в этой области опередили католиков.

Из православных за рубежом нельзя не упомянуть архимандрита Киприана (Керна), который в книге «Православное пастырское служение» (1957 г.) посвятил целую главу пастырской психиатрии. Он писал: «Существуют такие душевные состояния, которые не могут быть определяемы в категориях духовно-нравственного богословия, которые не входят в понятия добра и зла, добродетели и греха. Это те глубины души, которые принадлежат к области психопатологической, а не аскетической». Он указывал, что пастырь должен прочитать хотя бы одну-две книги по психиатрии, «чтобы не осудить в человеке как грех то, что не является грехом, а только трагическим искривлением душевной жизни».

Позже об этом же говорил митрополит Сурожский Антоний (Блум): что пастырю придется сталкиваться с такими проблемами, и он должен отличать психические расстройства от духовных состояний.

В Русской Православной Церкви начиная с 90-х по инициативе епископа Арсения (Епифанова, ныне — митрополит Липецкий) и по благословению архимандрита Кирилла (Павлова) было начато создание курса по пастырской психиатрии. Эту работу поддержал о. Феогност (Гузиков), в то время архимандрит и наместник Троице-Сергиевой лавры (ныне — митрополит Каширский). С того времени этот курс преподается в МДА, его читают психиатры.

— Как в целом проходит в Русской Православной Церкви принятие сотрудничества с психиатрами и психологами? Есть ли взаимопонимание, как оно достигается?

— В целом есть общее взаимопонимание, ведь мы делаем одно общее важное дело. Психическое здоровье нации есть сфера совместной компетенции служб психического здоровья и священнослужителей — это сейчас все больше осознается.

В этом году в нашем центре (ФГБНУ «Научный центр психического здоровья» — прим. ред.) отмечается 30-летие открытия больничного храма — это первый храм в психиатрическом учреждении и второй больничный храм (после церкви св. царевича Димитрия в Первой градской). Разве это не удивительно: как только рухнул Советский Союз и началось возрождение религиозной жизни, в ведущем научном заведении на ученом совете известные советские психиатры, представители академической науки четко продемонстрировали свое понимание важности религиозных ценностей для наших пациентов. Наши больные, как правило, сталкиваются с проблемой наличия смысла жизни или его отсутствия, а вера и Церковь помогают человеку обрести смысл и цели жизни.

В 2015 г. Всемирная психиатрическая ассоциация приняла Заявление о значении духовности и религиозности для лечения пациентов. Было подчеркнуто, что врачи должны с глубоким уважением относиться к их духовным и религиозным ценностям, не пытаться каким-либо образом их изменить. В этом же заявлении говорится о необходимости знакомства психиатров с укладом религиозных общин, с религиозными традициями, которые существуют в регионе, где они работают, чтобы учитывать это в общении с пациентами.

Но, как и в обществе, так и в Церкви есть те священнослужители, в том числе и весьма уважаемые, которые настороженно относятся к пастырской психиатрии или вообще не признают психиатрию как науку. Но ведь и среди врачей-психиатров есть те, кто игнорирует религиозные ценности пациентов, не придает значения их христианскому мировоззрению. Поэтому над взращиванием взаимопонимания между Церковью и психологией, Церковью и психиатрической наукой еще работать и работать.

Вспоминаю заседание одной церковной экспертной группы, где присутствовали специалисты и священники, разбирающиеся в психологии. Один очень уважаемый профессор МДА сделал тогда доклад «Является ли психология наукой?» Я слушал и невольно думал о докладе Трофима Денисовича Лысенко на сессии ВАСХНИЛ в 1948 году, на котором генетика была заклеймена как буржуазная лженаука…

Я думаю, что существенный вклад в укрепление взаимопонимания между Церковью и наукой вносит работа Экспертного совета по пастырскому попечению о душевнобольных Комисии Межсоборного присутствия по церковному просвещению и диаконии, который организует наши профильные секции на ежегодных Международных Рождественских чтениях. И международные конференции, о которых я уже упомянул (в их организации принимала участие межконфессиональная рабочая группа в составе сотрудницы Отдела внешних церковных связей Московского Патриархата Маргариты Нелюбовой, представителя итальянского католического фонда «Христианская Россия» Джованны Парравичини и заведующего Русским отделом международного благотворительного фонда «Помощь Церкви в нужде» (Kirche in Not) Петра Гуменюка). Мы видим, что с каждым годом интерес к этой теме растет: на эти встречи приходит много священнослужителей из разных епархий, специалистов и просто заинтересованных мирян, что им порой даже не хватало места.

С благодарностью отмечу, что все эти годы работу Экспертного совета возглавляет митрополит Воронежский и Лискинский Сергий (Фомин) — он не только возглавляет все наши встречи, но и каждый раз делает программный доклад, в котором расставляет важные акценты. Под его руководством в 2020 г. был подготовлен документ «Пастырское попечение Русской Православной Церкви о психиатрических больных», где изложено церковное понимание душевной болезни, приводится краткая классификация таких болезней, описаны случаи, когда священнику следует направить пасомого к специалисту-психиатру. В этом документе подчеркивается, что душевнобольной является членом Церкви, ему доступна благодатная жизнь, он может участвовать в таинствах. Есть еще ряд советов о том, как работать с такими людьми на приходе. Вот только этот важный документ, к сожалению, пока не получил должной известности.

— Какова связь душевных болезней с грехом? Есть ли вообще в современной медицине, а также в психологии место понятию «грех»?

— Психиатрия и психология — это такие области, которые апеллируют к научным фактам, к результатам исследований. «Нравственность», «грех» не являются теми понятиями, которые они применяют. «Грех» — область религиозного мировоззрения.

Но при возникновении ряда психических болезней имеет место стресс. Для некоторых таким стрессом является совершение поступков, которые в рамках наших религиозных представлений являются грехом. Вспоминаю историю в одном монастыре, где сложилась непростая ситуация: один из иеромонахов совершил в отношении собратьев проступок, в котором сильно себя винил. Он покаялся, но развилось депрессивное состояние. Он явно нуждался в медикаментозной поддержке, и постепенно его душевное состояние выровнялось, компенсировалось.

Интересно, что у св. отцов мы можем найти элементы вполне «квалифицированных», с точки зрения психиатров, описаний разных душевных расстройств. Например, мы находим у них потрясающие описания депрессии, в рамках страстей «печали» и «уныния». У психиатров есть классическая триада симптомов депрессии: подавленное (печальное) настроение, двигательная заторможенность (отсутствие сил, апатия), и наконец когнитивные расстройства, когда человек не может сосредоточиться. Древние отцы подробно все эти симптомы и описывали. У святых отцов описание причин возникновения «печали»: это утрата желаемого (например, близкого человека, материальных благ и т.д.), гнев, воздействие бесов; отдельно выделялась «беспричинная печаль», то есть то состояние которое мы сейчас рассматриваем в рамках эндогенной депрессии, которая не имеет никаких внешних причин, ее причины на биологическом уровне.

— Каковы Ваши творческие планы на будущее?

Я начал работу над книгой, в основу которой лягут уже изданные «Основы пастырской психиатрии». Хочу дополнить ее примерами из клинической практики. Сколько времени займет эта работа — одному Богу известно, но я надеюсь, что она увидит свет и окажет помощь современным пастырям.

Беседовал Дмитрий Власов

«Благовест-инфо»/Патриархия.ru

Все материалы с ключевыми словами